Ко мне на прием обратился мужчина по поводу заболевания желудка. Во время беседы с ним я отметил добродушное выражение лица, он шутил и улыбался. Он рассказал, что живет один, но у него есть дочь; он недавно развелся с женой. Несмотря на его манеру поведения, я почувствовал, что у него в характере есть элементы жестокости; когда беседа приняла доверительный характер, я решил прямо спросить его о тех фантазиях, которые посещали его. Фактически он подтвердил, что у него бывают фантазии со сценами насилия и жестокости. Я не стал подробно его расспрашивать - мне было понятно, насколько глубоко это задевает его - и продолжил беседу на другие темы, однако позже спросил его о причине развода и о том, часто ли он встречается с дочерью. Он сказал, что дочь видит редко, но умолчал о причине развода. Гораздо позже он рассказал мне, что как-то раз он почувствовал сильнейшее желание избить дочь; это привело его в ужас. Тогда-то он и осознал, что за демоны живут у него внутри. Я предположил, что аналогичные приступы жестокости бывали у его отца, и он зверски избивал своего маленького сына; мой пациент подтвердил это. Мне стало ясно, что его добродушный вид и улыбка были ничем иным, как попыткой замаскировать свою жестокость: «Посмотрите на меня, я улыбаюсь, я счастлив, у меня всё замечательно; меня не за что бить». Это была защитная реакция сообразительного ребенка.
Передо мной был отец, который не мог переносить своего отражения в лице собственного ребенка. Он оставил семью, чтобы случайно в порыве неконтролируемого гнева не избить свою дочь. Между тем ребенок, не зная и не догадываясь об истинной причине ухода отца, скорее всего чувствовал себя одиноким и покинутым. Интересно, какие черты характера будут у ее мужа? Не исключено, что она выберет жестокого человека, который будет избивать ее, а затем оставит. Для моего же пациента соответствующим гомеопатическим средством был Мегси-rius.

Каждое лето родители со своей четырехлетней дочерью проводили в загородном доме. Когда девочку укладывали спать, ее мать всегда зажигала в комнате ночник, потому что девочка боялась темноты. Она обычно подходила к ней каждые 10-15 минут, проверяя, всё ли в порядке. Однажды мать была чем-то сильно занята и не заглядывала к ней некоторое время. Стемнело; девочка проснулась в темноте и начала кричать. Позже мать рассказала мне, что тогда она интуитивно почувствовала, что в тот вечер с ее дочерью произошло что-то серьезное и важное, однако она не могла понять, что же именно. После этого девочка в течение длительного времени страдала ночными кошмарами, однако, с возрастом они прошли; возобновились эти кошмары в возрасте 10 лет, когда ее родители расстались. Если пациент повторно переживает похожую эмоциональную травму, то происходит реактивация первоначальной травмы. В обоих случаях девочка пережила эмоциональное потрясение, связанное с разлучением с родителями - первый раз ночью одна в темноте, а второй раз - при разводе родителей и уходе из семьи отца. Сильнейшее нежелание оставаться одной в темноте, страх темноты и сновидения, где присутствовали предметы черного цвета (она была достаточно взрослая, чтобы запомнить их), а также ночные кошмары указывали на Stramonium, после назначения которого симптомы полностью исчезли. У девочки прошли не только ночные кошмары; она даже поехала в летний школьный лагерь, от поездки в который раньше категорически отказывалась - это ей напоминало загородный дом. Множество мелких симптомов указывали на то, что с помощью Stramonium у пациентки удалось излечить чрезвычайно глубокую эмоциональную травму. Это средство часто бывает очень эффективным при ночных кошмаpax у детей. По моему мнению, инициальную эмоциональную травму девочка получила при рождении.

Великое множество эмоциональных потрясений подстерегает ребенка в процессе рождения. Роды в современном родильном доме настолько отличаются от нормальных естественных родов, что трудно сразу даже обозначить все возможные проблемы. Представьте себе на миг, что доктора и акушерки, принимающие роды, сами страдают от различного типа эмоциональных травм, но часто и не подозревают об этом. Представьте, насколько ухудшается психоэмоциональное состояние персонала в процессе обучения навыкам профессии, сколько трагедий они видели и со сколькими осложнениями их обучали бороться; вспомните поговорку «Мысль материальна». Как только во время родов происходит что-то экстраординарное, все страхи персонала сразу же выплескиваются наружу, причем каждый думает еще и о собственной юридической ответственности и всячески стремится обезопасить себя и свою карьеру. Вот в такой атмосфере, переполненной до краев страхом и негативными эмоциями, и приходится рожать женщине, тогда как единственное, что ей требуется в этот момент - это спокойная обстановка и оптимистический настрой, любовь и всемерная поддержка.
По моему убеждению, роды должны происходить дома, при поддержке всей семьи. При этом формируется глубокая связь между супругами и детьми, братьями и сестрами, что значительно снижает вероятность разводов и подобных разводу эксцессов после многих лет совместной жизни.
Обществу в целом практика родов в домашних условиях может принести неоценимую пользу; это даже может служить неким показателем уровня «любви», характерном для данного общества. Искусственное прерывание беременности и наше типичное родовспоможение приводят в движение глубоко спрятанные силы деструктивного характера; эта деструктивная энергия не поддается рациональному изменению, однако во многом является ключевым элементом жизни каждого человека и общества в целом. Поэтому не будет большим преувеличением сказать, что одним из наиболее важных и определяющих аспектов совершенствования западного общества является гуманизация системы родовспоможения, восстановление естественности этого изумительного процесса и устранение заключенных в нем опасностей.

Девятилетний мальчик страдал тяжелым нарушением функции почек. Его осматривали лучшие доктора, не взимая платы за консультации. Когда его состояние было признано фактически безнадежным, его осмотрел гомеопат. Во время беседы с родителями было выявлено, что они давно уже находятся в состоянии мучительного и бесконечного развода; единственное, что их на самом деле связывало, был тяжелобольной сын. Именно гомеопат распознал, что истинной глубокой причиной заболевания ребенка было долгое и мучительное расставание родителей. Ребенку была назначена Ignatia - главное гомеопатическое средство при последствиях горя и потери. К полному изумлению всего больничного персонала, через 4 дня после приема Ignatia мальчик поднялся на ноги и, несмотря на сильную слабость, вышел из своей палаты в коридор. Именно расставание родителей буквально катастрофическим образом повлияло на его организм, однако эта причина была просмотрена ортодоксальными врачами. Такое случается достаточно часто - традиционные врачи, приобретая опыт в распознавании физических симптомов болезни, игнорируют симптомы со стороны психоэмоциональной сферы, особенно при крайне тяжелом состоянии пациента.

Двойной узел - это ситуация, в которой единственный человек, к которому можно обратиться за помощью, сам оказывается участником этой ситуации, а в некоторых случаях его поведение является непосредственной причиной формирования этой ситуации. Например, если после смерти мужа жена тяжело страдает от горя, то ее единственное спасение - это поддержка близких друзей. Ситуация совершенно меняется, если ей не к кому обратиться за помощью, в этом случае ее страдания могут перерасти в тяжелую эмоциональную травму, с которой она может и не справиться самостоятельно. Это и есть ситуация, которая в психологии называется «двойной узел». При развитии такого «двойного узла» восстановление после травмы становится гораздо более сложным и длительным процессом. Например, при разводе женщина не может обратиться к своему супругу как к самому близкому человеку, так как именно он является непосредственным участником ситуации, однако рядом с ней нет более близкого человека, с которым можно было бы обсудить все подробности. При инцесте насилие совершает один из супругов, часто при молчаливом согласии другого - именно поэтому ребенок просто не может скрыться в каком-либо безопасном месте, где он мог бы в какой-то степени восстановиться. Аналогичное положение наблюдается при супружеской измене, да и во многих других ситуациях. В ситуации «двойного узла» именно «мучитель» - единственный человек, к которому можно было бы обратиться за помощью.

К этой форме относятся внезапные и сокрушительные травмы - например, тяжелая болезнь одного из членов семьи, несчастная любовь, изнасилование или нападение с применением насилия, неожиданный для одного из супругов развод, разлука, смерть близкого человека, подтверждение диагноза ВИЧ-инфекции или злокачественной опухоли; в этих случаях человек вполне способен справиться с эмоциональной травмой самостоятельно. При более сложных эмоциональных травмах - например, полученных в результате инцеста, жестокого обращения, отказа родителей от ребенка, при усыновлении или тяжелых родах -как правило, необходима профессиональная помощь.